серия

Воображаемая комната

Пространство чистого созерцания, созерцания как события. Здесь находятся не только существующие картины, но и пока только предполагаемые.

Место

Идея «воображаемой комнаты» возникла как метафора идеального места (топоса), организованного самими картинами: их материальностью, цветом, пропорциями и масштабом. Характеристики комнаты определяются сущностными качествами работ, а не гипотетическими стенами. При воплощении в материальном пространстве, «воображаемая комната» неизбежно модифицируется в зависимости от заданных условий, но сохраняет свой изначальный конструкт. Являясь символом защиты и убежища, она в то же время представляет ряд оппозиций: внешнего и внутреннего, видимого и невидимого, открытого и скрытого, опасности (риска) — безопасности (надёжности).

 

Момент

Придуманный и завершённый до пандемии, сегодня проект получил дополнительные, не предусмотренные изначально возможности взаимодействия с наблюдателем. Прожитое состояние вынужденной изоляции, пребывания в собственной «комнате», - как физической, так и ментальной, предсказуемо сближает и обостряет внутреннюю оптику художника и зрителя. Опыты, в той или иной степени ставшие всеобщими: замедления времени, длительности созерцания, концентрации, открывают в нас новые способности для визуального переживания.

 

Видение

Один из ключевых инструментов, которые даёт радикальная живопись - изменение способа видения: от привычного, подчинённого логосу, находящегося в поиске «значений» - к чистому восприятию. Важно зрение как таковое, зрение до мышления, зрение, которое уже является актом мышления. В какой-то степени эта практика отсылает к миру раннего детства, миру неназванных вещей.

 

Свет

Картины могут быть предметами в освещенной комнате, но не каждая картина – живопись. Живопись имеет свой собственный внутренний свет, это предмет света. Пигмент отражает только определённую длину волны; отсекая оставшийся спектр, он даёт цвет. Моя задача – сохранить свет, живущий в цвете. Он важен настолько, что я включаю в пространство картины чистый свет – при помощи почти зеркальной поверхности, под определённым углом «прячущей» цвет за неожиданным бликом, блуждающим отражением.

 

Цвет

Синий «заявил» себя сразу, как только возникла идея «воображаемой комнаты». Возможно, из-за достаточно устойчивых ассоциаций с состоянием покоя, сосредоточенности, медитации. Однако выбор цвета трудно объяснить одной единственной причиной - в градациях этого цвета заложено гораздо больше возможностей, чем простая описательная символика: сумерки, надежда или меланхолия. Для меня самым важным качеством синего является его открытость к интерпретации, «демократичность», если так можно сказать.

 

Структура

Как известно, в традиционной школе линия определяет границы цвета, обозначая форму. Это всегда угнетало меня, в линии я прежде всего чувствовал ограничение, несвободу. Именно поэтому я перешёл к системе, в которой цвет сам определяет собственные границы, «выдавливая» линию между взаимодействующими массами.

 

Материал

Краска - не «строительный материал» для картины, это субстанция, обладающая собственным содержанием и собственной жизнью. Взгляд должен коснуться краски, в этом «психофизическом» взаимодействии живопись обретает смысл; только так она становится индивидуальным событием. Любое репродуцирование - имитация, пересказ.

 

Время

Живопись обладает способностью маркирования и сохранения нескольких параллельных временных линий: собственно произведения (время создания и последующего бытия как завершённого объекта), автора и зрителя.

© 2021 Andrey Volkov

  • Серый Facebook Icon
  • Серый Instagram Иконка